Lab Journal 6

А поче­му бы не запус­кать в кос­мос без­но­гих инва­ли­дов?

Ну серьёз­но.

Они же баналь­но лег­че. Их мож­но поболь­ше в кап­су­лу натрам­бо­вать. Ска­фанд­ры для них мень­ше, с мень­шим весом. Еды им нуж­но не так мно­го, кис­ло­ро­да тоже, навер­ное, помень­ше — сплош­ная эко­но­мия мас­сы! Сколь­ко у нас там сто­ит запу­стить на орби­ту один кило­грамм? 10 кило­бас­ков, вро­де?

И самое глав­ное: нахре­на тебе в кос­мо­се ноги?

По стан­ции всё рав­но рука­ми пере­дви­га­ют­ся. За поруч­ни — рука­ми. Кноп­ки нажи­мать — рука­ми. Гай­ки кру­тить — рука­ми. Оттолк­нуть­ся мож­но чем угод­но, хоть жопой, хоть… в‑общем, по-раз­но­му мож­но оттолк­нуть­ся.

На Зем­ле ноги, конеч­но, полез­ная опция, так как гра­ви­та­ция и про­чее. В оче­ре­дях-то надо на чём-то сто­ять? Надо. А в кос­мо­се мож­но лег­ко обой­тись и без ног. Ноги — это так, legacy hardware 🙂

Поду­ма­лось тут, в свя­зи с про­чте­ни­ем вся­че­ско­го сай-фая.

Вот было бы при­коль­но пере­пи­сать «Гипер­бо­ло­ид инже­не­ра Гари­на» под совре­мен­ные реа­лии.

Кни­га Тол­сто­го ведь — она не про Жут­кий Луч, если разо­брать­ся. Жут­кий Луч — это… ну про­сто тех­но­ло­гия, идея кото­рой, по сло­вам само­го Гари­на, бес­со­вест­но украв­ше­го сам прин­цип у Ман­це­ва, лежит на поверх­но­сти и лег­ко повто­ря­е­ма в тече­ние года-двух тол­ко­вы­ми инже­не­ра­ми. Нет, я даже не буду душ­нить, и объ­яс­нять, поче­му гипер­бо­ло­ид не будет рабо­тать. Это неин­те­рес­но.

Пото­му что кни­га не про Жут­кий Луч, кни­га — про власть.

Соци­о­пат Гарин (уж назо­вём лопа­ту лопа­той) дол­го искал рут-доступ к миру и обна­ру­жил его в золо­те. А Жут­кий Луч — это так, про­сто тех­но­ло­гия на пути к рут-досту­пу.

Конеч­но, золо­том нын­че мир не уди­вишь. Денеж­ки-то нын­че фиат­ные, никто золо­том боль­ше не пла­тит. Ну, сде­лал ты золо­то дешё­вым. Ну, теперь кило­грамм золо­та сто­ит дешев­ле сталь­но­го прут­ка. Моло­дец.

Инже­не­ры, элек­трон­щи­ки, вра­чи в вос­тор­ге: инерт­ный металл сто­ит копей­ки, кон­так­ты не окис­ля­ют­ся, имплан­ты дёше­вы, и так далее. Эко­но­ми­ка толь­ко немно­жеч­ко косо погля­дит на ком­па­нии, зани­ма­ю­щи­е­ся добы­чей золо­та, да мас­со­во про­го­рят инве­сто­ры в жёл­тый металл. А в целом и не заме­тит никто.

В совре­мен­ных реа­ли­ях клю­чом к рут-досту­пу к миру мог бы стать пол­ный искус­ствен­ный интел­лект — AGI, кон­троль над кото­рым полу­чен одним чело­ве­ком.

И не на мощ­но­стях вычис­ли­тель­ных цен­тров с пета­бай­та­ми опе­ра­тив­ной памя­ти и энер­го­по­треб­ле­ни­ем как у горо­да, а в неболь­шом дата­цен­тре, кото­рый мож­но постро­ить в одно рыло: машин трид­цать-сорок. Ника­ких мега­кор­по­ра­ций. Ника­ких мно­го­мил­ли­ард­ных инве­сти­ций. Ника­ких тысяч сотруд­ни­ков. Что­бы сохра­нить сек­рет­ность.

И опять же, идея будет лежать, как гово­рит­ся, «на поверх­но­сти», и более двух лет такая моно­по­лия не про­дер­жит­ся. Повто­рят в Антро­пи­ке, Гуг­ле, Опе­нИИ, и так далее.

Весь смысл — в ран­нем досту­пе к тех­но­ло­гии, её ком­пакт­но­сти, и сек­рет­но­сти.

За эти два года чело­век, полу­чив­ший кон­троль над AGI, берёт под кон­троль… всё.

У Гари­на есть фора. За эти два года он выиг­ры­ва­ет любые пере­го­во­ры. Осва­и­ва­ет любые тех­но­ло­гии. Полу­ча­ет доступ к любой инфор­ма­ции. Дела­ет откры­тия быст­рее уни­вер­си­те­тов. Стро­ит ком­па­нии быст­рее кор­по­ра­ций. Зара­ба­ты­ва­ет день­ги быст­рее рын­ков.

Не пото­му, что он самый умный чело­век на Зем­ле. А пото­му, что у него под рукой инстру­мент, кото­рый дела­ет его умнее всех осталь­ных.

Он в оди­ноч­ку вла­де­ет и управ­ля­ет всем миром, этот гений… и соци­о­пат.

А финал… финал остал­ся бы тем же самым. Пото­му что Гарин все­гда про­иг­ры­ва­ет.

И вовсе не пото­му, что его дого­ня­ют кон­ку­рен­ты. И не пото­му, что тех­но­ло­гия пере­ста­ёт рабо­тать. Даже не пото­му, что он ока­зы­ва­ет­ся недо­ста­точ­но умён.

А пото­му, что мир слож­нее, чем ему кажет­ся.

Рано или позд­но обна­ру­жи­ва­ет­ся, что рут-досту­па ко все­му миру про­сто не суще­ству­ет. Про­бле­ма не в том, что­бы захва­тить мир. Про­бле­ма в том, что даже с AGI захва­чен­ным миром невоз­мож­но управ­лять в оди­ноч­ку. Мир состо­ит из людей, а люди — не детер­ми­ни­ро­ван­ные авто­ма­ты в кра­си­вой тео­рии. И соци­о­па­ту Гари­ну это­го нико­гда не понять.

В обсуж­де­нии поста про Гор­че­ва нача­лась инте­рес­ная дис­кус­сия: а как это вооб­ще мож­но быть «совет­ским наци­о­на­ли­стом»? Это дей­стви­тель­но непо­нят­но? А очень лег­ко и про­сто.

Поче­му-то в рус­ском язы­ке сло­ва «наци­о­наль­ность», «нация» и про­чие око­ло­ле­жа­щие — несмот­ря на оче­вид­ное латин­ское про­ис­хож­де­ние от natio — при­жи­лись почти исклю­чи­тель­но в смыс­ле «этни­че­ская при­над­леж­ность».

А по сути это невер­но. Нация — это нын­че отнюдь не набор гап­ло­групп и не этнос.

В одном из совре­мен­ных поли­ти­че­ских пони­ма­ний нация — это граж­дане одно­го госу­дар­ства, участ­ни­ки одно­го и того же поли­ти­че­ско­го про­ек­та. Вот есть, напри­мер, аме­ри­кан­ская нация: у меня в пас­пор­те так и напи­са­но — Nationality: United States of America. И «я дру­гой такой стра­ны не знаю», где набор граж­дан имел бы боль­шее этни­че­ское раз­но­об­ра­зие, чем у нас.

А в Рос­сий­ской Импе­рии всё было ещё про­ще: «како веру­ешь?» Пра­во­слав­ный — зна­чит, рус­ский. Даром, что фон Визин. Пуш­кин, вон, про Фон­ви­зи­на так и писал: «Что он, нехристь?! Он рус­ский, из пре­рус­ских рус­ской!»

Поэто­му ника­ко­го про­ти­во­ре­чия меж­ду наци­о­на­лиз­мом и мно­го­эт­ни­че­ским соста­вом этой самой нации нет. Для наци­о­на­ли­ста при­над­леж­ность к сво­ей нации — это глав­ный отли­чи­тель­ный при­знак. Все, кто к ней отно­сят­ся, свои. Все осталь­ные — чужие. Ну и, понят­ное дело, заве­до­мо более ущерб­ные, как водит­ся.

Всё нор­маль­но. Всё очень про­сто в мире наци­о­на­ли­ста: «все, кто моей нации, — хоро­шие; все осталь­ные — пло­хие».

Так что да, даже еврей мог быть совет­ским наци­о­на­ли­стом. Фор­маль­но в СССР, конеч­но, гово­ри­ли не «совет­ская нация», а «совет­ский народ», но по сути это были те же яйца — вид сбо­ку: «совет­ские люди — луч­шие в мире, а все осталь­ные хуже». Лов­кость рук и ника­ко­го мошен­ства.

Да и вооб­ще, наци­о­на­лизм как тако­вой — не после­до­ва­тель­ная фило­со­фия. Он тупо про то, кто «свой», а кто «чужой». А уж где эту гра­ни­цу про­ве­сти — по кро­ви, пас­пор­ту, язы­ку, куль­ту­ре, импер­ской лояль­но­сти, теле­ви­зо­ру, или справ­ке из собе­са — это исклю­чи­тель­но дело тех­ни­ки.

Недав­ним музы­каль­ным откры­ти­ем для меня ста­ла канад­ская груп­па The Beaches — четы­ре девуш­ки, игра­ю­щие очень при­ят­ную поп-роко­вую музы­ку.

Как по мне, насто­я­щая про­вер­ка музы­кан­тов — это живое выступ­ле­ние: в сту­дии мож­но мно­гое под­кру­тить и отпо­ли­ро­вать, а на сцене талант спря­тать уже слож­нее. И вот тут The Beaches меня при­ят­но уди­ви­ли. Осо­бен­но солист­ка, Джор­дан Мил­лер. Какой голос, а?! Низ­кий, тёп­лый, где-то в рай­оне мец­цо — а я очень люб­лю имен­но такой жен­ский вокал, бли­же к мец­цо и аль­то.

Реко­мен­дую.

P.S. Пес­ня “Lesbian of the Year” посвя­ще­на гита­рист­ке груп­пы Леандре Эрл — здесь она за фор­те­пи­а­но. Леанд­ра совсем недав­но при­зна­лась, что она лес­би­ян­ка, уже во взрос­лом воз­расте. В общем, fellow late bloomer. 🙂

Дав­нень­ко такой сви­сто­пляс­ки от Мик­ро­соф­та не было.

Дырень в IIS с оцен­кой в 9.8 из 10 воз­мож­ных. Некор­рект­ная обра­бот­ка круп­ных паке­тов, исполь­зуя кото­рую мож­но вызвать Ктул­ху Remote Code Execution.

Бегом обнов­лять­ся.

Я вооб­ще ста­ра­юсь дер­жать­ся от поли­ти­ки подаль­ше: нет ни одной пар­тии, чья пози­ция была бы мне по-насто­я­ще­му близ­ка. Демо­кра­ты всё боль­ше ска­ты­ва­ют­ся от равен­ства воз­мож­но­стей к равен­ству резуль­та­тов. А рес­пуб­ли­кан­цы, в свою оче­редь, хотят отме­нить не мои взгля­ды и не мои поли­ти­че­ские пред­по­чте­ния, а вооб­ще всю меня саму — что­бы таких, как я, про­сто не было. И даже либер­та­ри­ан­цы, кото­рые вро­де бы не хотят запре­щать ни таких, как я, ни абор­ты, ни огне­стрел, всё рав­но выгля­дят так, буд­то реаль­ных отве­тов на про­бле­мы обще­ства у них нет.

Поэто­му, когда слу­ча­ет­ся оче­ред­ная поли­ти­че­ская буча и под­ни­ма­ет­ся вол­на воз­му­ще­ния, я пони­маю: если она дока­ти­лась даже до меня, зна­чит, где-то там уже штор­мит совсем не по-дет­ски.

И зна­е­те, ста­ла мне вдруг попа­дать­ся — бук­валь­но на ров­ном месте — вся­че­ская фиг­ня про Грэ­ма Плат­не­ра, кан­ди­да­та в сена­то­ры от Демо­кра­ти­че­ской пар­тии в шта­те Мэн. Чего я там толь­ко не начи­та­лась. И что тату­и­ров­ка у него, ока­зы­ва­ет­ся, была какая-то фошЫс­ская; и что выска­зы­вал­ся он как-то не очень кра­си­во на тему того, что жен­щи­нам не сле­до­ва­ло бы напи­вать­ся в дро­ва в незна­ко­мой ком­па­нии, что­бы не обна­ру­жить себя утром где-нибудь без тру­сов; и что-то там ещё расист­ское…

Реаль­но, узна­ла, бля­ха-муха, реши­тель­но всё — раз­ве что не сооб­щи­ли, носит ли он тру­сы в горо­шек.

Вот в самом деле — всю под­но­гот­ную выло­жи­ли, кро­ме одно­го: какую, соб­ствен­но, поли­ти­че­скую плат­фор­му пред­ла­га­ет про­дви­гать дан­ный кан­ди­дат?

А поче­му?

А пото­му что по пово­ду его поли­ти­че­ской плат­фор­мы им ска­зать про­сто НЕЧЕГО.

С точ­ки зре­ния неко­то­рых граж­дан, это, оче­вид­но, вооб­ще неваж­но. Вот тру­сы в горо­шек — это да, это мы обсу­дим подроб­но, обсто­я­тель­но, и с чув­ством граж­дан­ской ответ­ствен­но­сти.

Хотя вро­де никто эту плат­фор­му и не пря­чет. Вот она:

https://www.grahamforsenate.com/platform

Меж­ду нами, девоч­ка­ми, плат­фор­ма дурац­кая.

Не пото­му, что там обя­за­тель­но пред­ла­га­ет­ся какая-то несу­свет­ная ересь. Про­бле­ма в дру­гом: она состо­ит чуть ли не из трид­ца­ти пунк­тов.

Так делать нель­зя.

Поли­ти­че­ская плат­фор­ма, как пока­зы­ва­ет исто­ри­че­ский опыт, долж­на быть про­стой, понят­ной, и корот­кой. Мак­си­мум — восемь пунк­тов. Сред­не­ста­ти­сти­че­ский изби­ра­тель трид­цать пунк­тов про­сто не оси­лит: бро­сит читать на пол­до­ро­ге — при­мер­но как кри­ти­ки.

Так что да. Луч­ше, пра­во, про тру­сы в горо­шек.

С неко­то­рых вещей я дав­но так не ржа­ла.

Пара корот­ких при­ме­ров:

“В два часа ночи на всём Камен­но­ост­ров­ском про­спек­те сди­ра­ли асфальт. Днём-то любой мудак асфальт сде­рёт, а в два часа ночи — это не каж­дый дога­да­ет­ся.”

“При­нес домой, поню­хал — все какое-то невкус­ное. Сло­жил в холо­диль­ник, что­бы хоро­шень­ко сгни­ло, а то про­сто так жал­ко выбра­сы­вать.”

Но у него есть и про­сто чудо­вищ­но горь­кие и серьёз­ные вещи. Чем он мне и импо­ни­ру­ет: люб­лю в людях глу­би­ну мыс­ли. Постить не буду. Погля­ди­те сами, напри­мер, у Гор­че­ва про мага­зин “Това­ры для жен­щин”.

Жаль, что он умер уже. Хотя, может быть, и хоро­шо, что не дожил до Тре­тье­го Сро­ка, Вол­шеб­ной Опе­ра­ции, и далее по алфа­ви­ту. Как и Цой, и мно­гие, мно­гие дру­гие. Ведь неиз­вест­но зара­нее, кто кем обер­нёт­ся на таких кру­тых пово­ро­тах исто­рии — осо­бен­но твор­че­ские лич­но­сти: там ведь часто не столь­ко моз­ги, сколь­ко эмо­ции, поза, лов­ля момен­та, и про­чая нерв­ная систе­ма.

Вон Летов не умер вовре­мя — и от души засве­тил­ся во вся­че­ских нац­бо­лах, РНЕ, рядом с фаши­стом Дуги­ным, и так далее. А дал бы дуба порань­ше — гля­дишь, так и остал­ся бы в памя­ти как Борец с При­жЫ­мом.

Так и Гор­чев — пусть оста­нет­ся в моей памя­ти как чело­век, напи­сав­ший “Михал Сер­ге­и­ча”, на мой взгляд, луч­шую вещь про Гор­ба­чё­ва.

Хочу купить себе сапо­ги, кра­си­вые. Что­бы с шиком прой­тись где-нибудь 😀

Сапог про­да­ёт­ся вро­де мно­го, а выбор всё какой-то дурац­кий. Поче­му-то почти все сапо­ги с квад­рат­ны­ми нын­че носа­ми — а мне такие не нра­вят­ся, я не пер­со­наж, не к ночи будет ска­за­но, Майн­краф­та.

Или вот ещё повет­рие — из рыбьей кожи сапо­ги делать. Рыба какая-то южно-аме­ри­кан­ская, пира­ру­ку. Из-за круп­ной чешуи этой рыбы на её коже обра­зу­ет­ся очень харак­тер­ная тек­сту­ра, дела­ю­щая сапо­ги похо­жи­ми на какие-то… лап­ти.

Какой кош­мар.

При этом если бы не вот эта тек­сту­ра — сапо­ги сами по себе очень кра­си­вые, мне все­гда нра­ви­лось это соче­та­ние корич­не­во­го и бюрю­зо­во­го. Чисто Southwestern Barbie.

Бар­дак. И чистить-мыть их забо­да­ешь­ся.

#first_world_problems